17.07.2018

Новости

17.07.2018 Численность избирателей

17.07.2018 Выдвижение по одномандатным округам

17.07.2018 Помощь муниципалитетов

16.07.2018 Заверены списки «Единой России»

16.07.2018 Итоги за полгода

16.07.2018 Встреча «молодежки»

13.07.2018 Итоги заседания

13.07.2018 Вебинары для бухгалтеров

12.07.2018 Заверены списки КПРФ

12.07.2018 Прием уведомлений завершен

Александр Андреев: «Море дало мне стимул жить»


Слушала Александра Андреева и думала, что это как раз о нем: «Сколько минуло лет и сколько дней. Я прошагал весь свет, проплыл сто морей».  Штурман дальнего плавания, который провел десятки кораблей по всем океанам планеты и многим морям. Путешественник, изучивший 68 стран. Журналист, пишущий о своих странствиях так, что хочется собрать рюкзак и отправиться далеко-далеко. Лингвист, говорящий с жителями разных континентов на одном языке. Мастер ярких приключений, который прошел в 2017 году по маршруту Байкал – Аляска, одному из самых диких на планете, и вот-вот поведет за собой команду отважных по красивейшим рекам Сибири.

Восемь страниц про море

– Александр, если сложить все ваши маршруты, получится, что вы совершили с десяток кругосветок, а с чего началось увлечение путешествиями?

– С того, что мой любимый дедушка подсунул мне книгу Виктора Гюго «Труженики моря». Я тогда учился в шестом классе, и это была моя первая серьезная книжка о путешествиях. Помню, что произведение показалось мне достаточно сложным, но я не мог от него оторваться, читал взахлеб. Всё было интересно. Там есть, например, описание разбушевавшегося моря страниц на восемь, и я, внимательно читая, представляя это, захотел путешествовать, попасть на море, самому ощутить всё это.

Потом пошли книги Жюля Верна, Джека Лондона, Фенимора Купера, Рафаэля Сабатини. И биография «Моряк в седле» Ирвинга Стоуна, основанная на пятидесяти книгах Джека Лондона и сотнях тысяч его писем. Я пропитывался духом морских скитаний, благородного авантюризма, географических открытий, говорил о них, жил ими. Это полностью захватило меня.

И когда однажды ко мне подошел сосед по дому (он, как и все вокруг, конечно же, знал о моей «морской болезни», о которой я непрестанно говорил) и показал объявление в газете: «Смотри, объявляется набор в мореходное училище», судьба моя была предрешена.

Отправился во Владивосток. В училище поступил сразу, сдав вступительные экзамены на отлично. Плюсом при поступлении был и первый взрослый разряд по плаванию.

«Всё от морской души»

– Насколько море оказалось таким, каким вы его представляли по книгам? Насколько сбылась «послежюльверновская» мечта?

– За пять лет за партой мы просидели от силы года два, всё остальное время – по морям. Сразу же после первого курса начались плавпрактики. И понеслось…

Если бы меня спросили, что бы я хотел поменять в жизни, я бы совсем ничего не менял, всё – по мне. И журналистика, лингвистика, и работа в туристической сфере, которой я сейчас занимаюсь, тоже идет от морской души.

– Какие плавания запомнились больше всего?

– Самое первое – по Тихому океану, самое длинное – от Владивостока до Новой Зеландии. Тогда в качестве штурмана впервые попал так далеко, всё было любопытно и увлекательно. На что сразу обратил внимание – Южное полушарие совсем другое, когда пересечешь экватор, видно, как уходит Большая Медведица и вылезает Южный Крест. Это интересное ощущение. Осознаешь, что мир разный. В каждой детали.

– Чем занимается штурман на корабле, насколько оправдана некая романтизация этой профессии?

– Бытует мнение, что штурман стоит возле штурвала. Но на самом деле для этого есть вахтенный рулевой матрос, их обучают специально. Именно к нему подходит штурман и говорит, к примеру: «Давай пятерочку вправо». А рулевой понимает, что это значит повернуть руль на пять градусов.  

Рулевая и штурманская рубки находятся на самом верху судна. Для рулевого отведено большое «поле», перед ним компас. Глядя то на компас, то в иллюминаторы, он и ведет судно туда, куда ему сказали. А говорит это как раз штурман, который находится в специальной каюте с картами на столе и приборами вокруг. Он вычисляет курс, определяет, куда идем сейчас, куда пойдем потом, что будет в течение четырех ближайших часов – столько длится вахта. Четыре отстояли – через восемь снова. И так от порта до порта.

– У вас были любимые суда, к которым прикипали душой, как-то для себя называли, которые становились домом на время пути?

– Знаете, это у военных ты прикомандирован к определенному кораблю, несешь службу, а на гражданских судах от отпуска до отпуска. Ушел в отпуск, а когда вернулся, твой пароход стоит, сккажем, в Панамском канале, поэтому тебе предлагают другой, который во Владивостоке или вот-вот подойдет и на нем штурман в отпуск уходит. Когда ты с экипажем сдружился, то, конечно, поджидаешь, когда твое конкретное судно придет в определенный порт, и туда летишь, часто раньше, чем закончится отпуск.

Я работал штурманом на грузовых судах, у которых высота бортов 16 метров – как пятиэтажка! Поэтому было интересно сравнить ощущения от прохождения маршрута на катамаране в прошлом году: каково это, когда вода вот она, совсем близко? Мне и то, и то понравилось.

Куда ведет любопытство

– Вы прошли все океаны, чем они для вас отличаются?

 – Я различаю не океаны как таковые, а морские порты, которые стоят на побережье. Каждый порт я узнаю по запаху. Окленд, Ванкувер, Владивосток, Сингапур. Каждый отличается, любопытен, своеобразен. Одинаковых нет. И даже похожих.

 – Если составить рейтинг портов, каким он будет?  

– На первом месте – Новая Зеландия. Из-за сложности. Там во многие порты надо долго проходить по извилистому фарватеру под руководством местного лоцмана. Для океанского штурмана наступает время речного штурмана: берег слева, берег справа. И всегда интересно, как такой махиной впишемся в разворот.

– Именно этот опыт помог при прохождении маршрута экспедиции Байкал – Аляска?

– Да, у меня не было страха, я был полностью уверен и в своих силах, и в плавательном средстве, к сбору которого тоже приложил руку. Также у меня был замечательный помощник Роман Неудачин. Штурманский опыт еще помог сделать то, в чем другие не были уверены. Например, как на катамаране ночью пройти по судоходной реке.

– С какими ощущениями сейчас ждете нового этапа экспедиции? Это же снова – новые моря, реки, океан?

– После прошлогоднего сезона во мне укрепилось желание принять участие в дальнейшем прохождении маршрута экспедиции, вновь попасть на Аляску, но только «на маленьком плоту». Я же говорю, море – это на всю жизнь. Плюс появилась идея сделать целый ряд маршрутов по рекам Сибири. Пройти не торопясь Лену, крупнейшую реку Сибири, Алдан, самую золотоносную реку Якутии. Там невероятная красота, непередаваемая словами. Это можно только прочувствовать.

А еще – великая история. Эти экспедиции почти через 400 лет повторят пути российских первопроходцев, исследовавших незнакомые восточные территории с 1620 года. Василий Поярков, Ерофей Хабаров, Семен Дежнёв, Григорий Шелихов… Я хочу вместе с другими путешественниками пройти по следам походов этих легендарных людей, сделавших великие географические открытия в Сибири и на Дальнем Востоке, увидеть те же удивительные места, что и первооткрыватели. 

– То есть после многих лет прокладывания морских путей вам стали любопытны реки?

– Водная стихия завраживает в любых масштабах. Да, наблюдая за огромными просторами океана, непривычно видеть узкую гладь реки, но в речных путешествиях тоже много притягательного для меня. Маршруты походов, объединенные названием «Реки Сибири», пройдут по огромной территории: от озера Байкал до Шантарских островов на востоке и до бухты Тикси на севере России. По рекам, хранящим секреты стоянок первобытных людей, заповедных мест, месторождений золота и платины:  Лене, Киренге, Учуру, Вилюю, Амуру. По пути будут и большие города: Якутск, Охотск, Хабаровск, Тикси, и крошечные поселки: Олёкминск, Вилюйск, Хандыга. Будут шикарные закаты в дюнах, с ярким солнцем, преломлением лучей от песка. Будут древние петроглифы. Будет питомник бизонов. Будет первозданная природа, островки среди рек, Ленские столбы, завораживающие пейзажи реки Синяя. Для меня это продолжение моей морской истории, которая преломляется и делает жизнь богаче.

Бурно и непредсказуемо

– Как я знаю, морская история привела вас и в журналистику?

– Да, возвращаясь из дальних странствий, в кругу друзей я рассказывал, что видел, что со мной происходило. В нашей компании было несколько ребят, которые окончили журфак и работали тогда в газете «Советская молодежь». Они и подсказали мне идею записать свои истории. Мне мысль понравилась, стал писать. Мои заметки из путешествий опубликовали раз, другой, десятый. А потом пригласили в редакцию. Мы проговорили часов пять, после этого предложили: «Поступай на журфак и приходи к нам».

Поступил, выбрал специализацией тележурналистику – совсем новое и потому привлекательное для меня. Будучи студентом, работал на телевидении, вел программу «Приангарье». Другое образование и профессия дали много: например, я и до этого много читал, а тут систематизированно в моей жизни появилась и зарубежная литература, и русская, о которой раньше не знал. 

После окончания журфака меня пригласили в иркутское отделение Союза журналистов СССР на должность начальника отдела внешних связей, где я принимал иностранные делегации, приезжавшие на Байкал. Так как мне всегда хочется большего, нового, как-то мне пришла мысль сделать свою туристическую компанию. С тех пор больше 25 лет я в туризме. Байкал прошел пешком с рюкзаком, на катерах, объехал на автотранспорте, облетел на вертолете, знаю его хорошо в километрах, часах и в ощущениях. Для меня он – тоже море, со своим своенравным характером, морскими пейзажами, энергетикой.

– Штурманский, журналистский, туристический опыт «забросил» вас и в новый водоворот – в преподавание. Чем это для вас интересно?

– Вот чего я никогда не предполагал, так это того, что буду преподавать. Но Вера Константиновна Карнаухова создала в Иркутском госуниверситете мощный факультет сервиса и рекламы, пригласила меня, и я не смог ей отказать. Оказалось, что передавать свой практический опыт, накопленный за много лет, тем, кто горит желанием помогать людям открывать новые страны или новые места в своей стране, очень интересно.

Я учился турменеджменту за границей. Там есть специализированные курсы, учишься три триместра и получаешь три сертификата: по гостиничному делу, перевозкам и непосредственно менеджменту. Считается, когда все три у тебя есть, тогда ты специалист в сфере туризма и с любым таким сертификатом можешь работать в любой стране мира. Обучаться можно в разных странах, например, я делал это в Лондоне, Нью-Йорке, Окленде.

Первых своих 18 студентов с факультета сервиса и рекламы довел до выпуска, горжусь, что все они сейчас работают в сфере туризма. Потом брал новых и новых студентов с первых курсов. Сейчас три года преподаю в Байкальском госуниверситете, читаю сразу несколько курсов.

Что не люблю в преподавании – писать методички и планы. Я свободолюбивый человек.

Когда надо потеряться

– Море привело вас во все океаны, в разные моря, озера, реки, 68 стран, причем во многие – по несколько раз. За всё это время путешествий у вас появился какой-то свой особенный ритуал?

– Одно из моих правил: когда приезжаю в незнакомый город первый раз, мне, предварительно посмотрев на карту и примерно запомнив, что где, потом надо потеряться. Просто без цели куда-то уезжаю или ухожу, далеко-далеко. А потом без всяких гаджетов возвращаюсь. В таком спонтанном прокладывании маршрута есть много пользы, можно увидеть то, что иначе не увидел бы никогда и много бы потерял.

Например, пробираясь таким образом через Мюнхен (в котором был 85 раз), я однажды попал в арабский квартал. В европейском городе это было необычно и неожиданно. А в Японии иду-иду, смотрю – текила-бар. Спускаюсь, а там – 400 сортов текилы. Не знал, что такое количество есть.

И таких историй было много. Мир иначе открывается путешественнику. Надо только суметь проложить по нему лучший маршрут для себя. Быть штурманом самому себе.

Беседовала Анна Важенина

 

Голосование

Стали бы Вы наблюдателем на выборах?

Всего голосов: 7






Видеоновости