19.12.2017

Новости

18.12.2017 Навстречу выборам президента

15.12.2017 Корректировка законодательства

14.12.2017 Итоги «ДинаМИКи»

13.12.2017 Сотрудничество с Общественной палатой

12.12.2017 Помощь МФЦ

04.12.2017 Подготовка к президентским

01.12.2017 Марки для выборов

30.11.2017 Межвузовская олимпиада

29.11.2017 Общественное наблюдение

27.10.2017 Итоги заседания

Политические лавры селебрити


Фонд «Петербургская политика» в ноябре обнародовал аналитический доклад «Постпопулизм в публичной политике: актуальный мировой контекст», в котором представил свои выводы о корректировке политической парадигмы и появлении в публичной политике вместо профессиональных игроков представителей селебрити (знаменитостей, известных преимущественно благодаря упоминаниям в светской хронике, а не за счет своей профессиональной деятельности).

Популист и трендсеттер

Авторы исследования отмечают, что сложилась устойчивая традиция, в которой необычные приемы публичной активности неформатных политиков и кандидатов на выборах принято расценивать как популистские. Однако в то же время происходит накопление примеров, которые трудно отнести к классическим популистским кампаниям. Возрастает число случаев, при которых речь идет не столько о попытке кандидата угадать запрос избирателя, сколько о стремлении сформировать такой запрос и повлиять на общественные тренды.

Таким образом, постпопулист претендует на роль трендсеттера, то есть носителя яркого модного направления или взгляда, а не лидера партии с историей, улавливающего новые настроения и пытающегося заправить этот энергетик в баки своей партийной и избирательной машины, говорится в аналитическом обзоре фонда.

Как предполагают исследователи, в настоящее время селебрити-кандидаты без политического опыта могут и не ставить себе целью непосредственную победу на конкретных выборах. Тем не менее именно селебрити составляют основной класс конкурентов традиционным политикам, которые, в свою очередь, по ходу политической карьеры обязательно стремятся стать селебрити. Медиатизация политики – это вызов глобального характера. Не секрет, что молодое поколение традиционных партийных политиков считает скучными, и это характерно не только для России.

Победа Дональда Трампа на президентских выборах оценивается многими экспертами как свидетельство роста взаимозависимости знаменитостей, политики и СМИ. Состоявшихся селебрити-политиков в истории немного. Прежде всего называют Рональда Рейгана, Арнольда Шварценеггера, Клинта Иствуда. Есть некоторое количество актеров (Фред Томпсон), журналистов (Эл Франсклин), музыкантов и спортсменов (Билл Брэдли), ставших сенаторами или мэрами городов. Они постепенно адаптировались к правилам игры для профессиональных политиков.

Среди успешных примеров можно назвать Джорджа Веа. Этот некогда успешный футболист «Милана» и обладатель «Золотого мяча» занимался гуманитарной и политической деятельностью, баллотировался на выборах президента Либерии в 2005 году, получил в первом туре 28% голосов, во втором туре уступил Элен Джонсон-Шерлиф (первая в истории Африки женщина-президент). На президентских выборах 2017 года он набрал в первом туре 39%, вышел во второй тур. Голосование было запланировано на 7 ноября, однако перенесено на неопределенный срок из-за обвинений в мошенничестве в первом туре выборов.

Еще один пример успешного спортсмена, ставшего политиком, – Каха Каладзе. Грузинский футболист, капитан сборной, в 2012 году он занял пост министра энергетики. В октябре 2017-го был избран мэром Тбилиси от правящей партии «Грузинская мечта», набрав 51% голосов. Большинство публикаций СМИ было посвящено не его политическим взглядам, а элегантному стилю и хорошо подобранному гардеробу. Как писал мужской журнал GQ, «достаточно пролистать страницу Кахи Каладзе в “Инстаграме”, и всё станет ясно. Он не боится смелых решений, не избегает смешения разных стилей».

Требования перемен

По наблюдениям экспертов фонда «Петербургская политика», помимо экспансии селебрити успеха на политическом поприще добиваются несистемные кандидаты и «новодельные» движения без четкой политической платформы, которую заменяют расплывчатыми призывами к переменам. Во Франции, Испании, Греции, Польше в парламентские или президентские гонки врываются кандидаты без большого политического опыта или только что слепленные партии, которые подкупают избирателей «новой искренностью».

В Польше нишу несистемного политика занимает Павел Кукиз – актер, рок-музыкант и основатель политической партии «Кукиз'15». Первоначально выступал с антиклерикальными песнями, однако затем позиционировал себя как христианин, сторонник патриотизма и социального консерватизма, выступал против гомосексуального марша в Варшаве. Описывая себя как «правого политика с левым сердцем», говорил о поддержке низких налогов и одновременно об активной роли государства в борьбе с нищетой. Выступал за ограничение иммиграции. Основной месседж его кампании – «власть не слышит простых людей и не понимает их». На выборах президента Польши в 2015 году выдвинулся как независимый кандидат. Занял 3-е место с 20% голосов. На последующих парламентских выборах движение Кукиза заняло 3-е место (8,8%). Поддержка среди молодежи составила более 41%. Избирательная кампания партии «Кукиз'15» была малобюджетной и проходила в основном в соцсетях под лозунгом «Можем по-польски».

В Испании, где 30 лет поочередно правили правоцентристская Народная партия и левоцентристская Социалистическая рабочая партия, в 2015 году почти вровень с двумя фаворитами по количеству набранных голосов встала новая партия, созданная в 2014 году, – «Подемос» («Мы можем»), она получила 21% голосов. Ее неформальным лидером стал 38-летний Пабло Иглесиас Туррион, университетский преподаватель политологии. Его избиратели – молодежь из больших городов, прежде игнорировавшая выборы, – проголосовали за молодого интеллектуала, который вел свои передачи на «Ютубе» и в соцсетях.

Используют политику в своих целях и так называемые «эпатажные хайпожоры» – несистемные селебрити без явного политического опыта, использующие политику как декорацию для развития собственного имиджа.

Ярким примером такого политического деятеля можно считать Йона Гнарра, исландского стендапкомика. В 2008-м на фоне финансового кризиса он стал выступать с политической сатирой, создал «Самую лучшую партию», уточняя, что не собирается выполнять ни единого данного его партией обещания. В 2010 году был избран мэром Рейкьявика. На победу отреагировал шуткой: «Почему я всегда влипаю в неприятности?»

После избрания мэром предпринял ряд серьезных шагов. Он запретил самолетам компаний, перевозящим заключенных в тюрьму Гуантанамо, приземляться в Рейкьявике. Отказался встречаться с командованием НАТО, пока их военные корабли находятся в гаванях Исландии, что вызвало недоумение исландского парламента.

Картинка важней

Еще одна категория селебрити, которая стремится занять политический Олимп, – звезды «Инстаграма». Как отмечают эксперты фонда «Петербургская политика», возможности современной коммуникации сделали обязательным новый уровень визуализации и прозрачности сначала для селебрити, а теперь и для политиков.

Если 10 лет назад политику было необходимо иметь «Твиттер» для оперативного информирования избирателей, то сейчас наступила эра «Инстаграма». Кумира необходимо постоянно видеть в самых разных контекстах и обстоятельствах. При этом изображение всегда многозначнее текста, что делает новый этап коммуникации более захватывающим, чем во времена политики партийных программ и манифестов.

Поклонники Мары Карфаньи, итальянской фотомодели и телеведущей, охотно следят за ее успехами в соцсетях, которые та активно наполняет контентом. Она была министром по вопросам равных возможностей в правительстве Берлускони (2008–2011) и получила прозвище «самого красивого министра в мире» благодаря полуобнаженной фотосессии для журнала «Максим». Вскоре после назначения министром Карфанья подверглась критике со стороны борцов за права сексуальных меньшинств, когда не разрешила проведение гей-парада. Ее первой крупной инициативой на посту министра стал закон, криминализирующий уличную проституцию.

В ноябре 2013 года, после приостановки деятельности движения «Люди Свободы», присоединилась к возрожденной партии Берлускони «Вперед, Италия».

В резюме аналитического доклада эксперты отмечают, что тренд постпопулистов в политике не является сегодня главным и доминирующим, однако его масштабы постепенно нарастают – в том числе за счет отсутствия у традиционных политических институтов «противоядия» к подобным технологиям.

Эта тенденция близка к путям эволюции маркетинга, важным становится не просто продавать товар, а создавать запросы и ниши. Активность политиков-постпопулистов перекликается с теоретическими представлениями о «постправде» (тип политической культуры, в которой дискурс формируется через обращение к эмоциям и личным убеждениям аудитории, при этом игнорируются объективные факты и реальность).

Как полагают авторы доклада, во многом потенциал постпопулистов определяется недоудовлетворенностью запросов и интересов, напрямую не связанных с политическим процессом. Слабыми местами кандидатов-постпопулистов остаются завышенные представления о собственной запрограммированности на успех, риски формирования усталости аудитории от гиперактивности таких политиков. Кроме того, представления о «трендах будущего», проводниками которых становятся постпопулисты, могут вступать в противоречие с реальностью.

Неразрешенными пока остаются вопросы о том, что происходит с политиком-постпопулистом после победы, а также о последствиях предвыборных дуэлей с участием двух и более таких игроков.

Фото с сайтов i.huffpost.com, look.tm

Голосование

Нужен ли день тишины на выборах?

Всего голосов: 41





Видеоновости